Небесные зов – это редкость, еще реже сердца нуждающиеся в этом;
Двери света запечатаны для обычного ума,
И нужды земные пригвождают к земле человеческую массу,
Лишь в час поднимающий стресса
Люди отвечают прикосновению вещей более великих:
Или же поднятые какой-то сильной рукой, чтобы вдохнуть небесной атмосферы,
Они соскальзывают обратно, к грязи, из которой выбрались;
В грязи, из которой сотворены, закон которой они знают,
Они радуются в безопасности, возвратившись на дружественное основание,
И, хотя иногда внизу, плачет что-то об утерянной славе,
И об убитом величии, они принимают падение свое,
Они полагают, это лучшее - обычным быть человеком,
Чтоб жить, как другие живут – вот их наслаждение.
Для большинства сотворенного по прежнему плану Природы,
И мало чем обязанному высшему плану;
Средний человек – высота их уровня,
Материальный диапазон мыслящего животного,
В долгой, всегда восходящей иерархии,
В совершенной экономике космической жизни,
Каждое творение к своей предназначенной задаче и месту,
Привязано формой своей природы, силой духа своего.
Если это нарушить немного, был бы нарушен
Установленный баланс сотворенных вещей;
Постоянный порядок вселенной
Содрогнулся бы, и брешь зияла бы в сотканной Судьбе.
Если бы не было людей, и все – блестящие боги,
То была бы потеряна тогда соединяющая ступень,
На которой пробуждается дух в витках Материи,
Принимая кружение вокруг срединного Пути,
Тяжелыми усилиями и неторопливыми шагами эпох
Достигая чудесного, яркого окаймления Бога,
В славе Сверхдуши.
Моя воля, мой зов есть в людях и существах;
Но Несознание лежит на серой изнанке мира,
И тянет в свою грудь Ночи, Смерти и Сна.
Заключенному в эту темную и безмолвную пучину,
Сознанию малому оно позволяет бежать,
Но ревнуя свет растущий, тянет обратно,
Ближе к смутным краям своей пещеры,
Словно любящая, невежественная мать, оберегающая свое дитя,
Привязала его к своему переднику бечевками Незнания.
Несознание без ума человеческого не может читать
Мистерию мира, который был создан этим сном:
Человек – это ключ, чтоб отпереть сознания дверь.
Но пока, еще держит его висящим в своем захвате:
Очерчивает этот гигантскую окружность вокруг его мыслей,
Закрывает его сердце от высшего Света.
Свыше пылает высокая и ослепительная граница,
Черный, ослепленный край властвует внизу:
Его ум заперт между двумя утверждениями.
Он сквозь слова и образы Истину ищет,
И размышляя на внешности и грубой поверхности,
Иль погружая осторожно стопы в мелкие моря,
И даже Знание его является Неведением.
Он отделен от собственных глубин внутри;
Он не может взглянуть на лик Неведомого.
Как он увидит глазами Всезнающего?
Как сможет желать Всемогущего силой?
О, так сострадательна, желанная Заря,
Оставь кружащим эпохам неторопливый шаг,
И работе несознательной Воли,
Оставь этому несовершенному свету земную расу:
Все будет сделано долгим действием Времени.
Хотя раса ограничена своим собственным родом,
Душа человека больше,чем его судьба:
Выше прибоя и волн Времени и Пространства,
Высвобождаясь из космической общности,
В которой вся жизнь является родством, в радости и в горе,
Освобожденной от вселенского Закона,
Подобный солнцу одинокий и трансцендентальный дух
Может высветить путь свой сквозь ограждающую стену ума,
И одиноко пылать в небе извечном,
Обитатель обширного, бесконечного покоя.
Шри Ауробиндо. Савитри.
Двери света запечатаны для обычного ума,
И нужды земные пригвождают к земле человеческую массу,
Лишь в час поднимающий стресса
Люди отвечают прикосновению вещей более великих:
Или же поднятые какой-то сильной рукой, чтобы вдохнуть небесной атмосферы,
Они соскальзывают обратно, к грязи, из которой выбрались;
В грязи, из которой сотворены, закон которой они знают,
Они радуются в безопасности, возвратившись на дружественное основание,
И, хотя иногда внизу, плачет что-то об утерянной славе,
И об убитом величии, они принимают падение свое,
Они полагают, это лучшее - обычным быть человеком,
Чтоб жить, как другие живут – вот их наслаждение.
Для большинства сотворенного по прежнему плану Природы,
И мало чем обязанному высшему плану;
Средний человек – высота их уровня,
Материальный диапазон мыслящего животного,
В долгой, всегда восходящей иерархии,
В совершенной экономике космической жизни,
Каждое творение к своей предназначенной задаче и месту,
Привязано формой своей природы, силой духа своего.
Если это нарушить немного, был бы нарушен
Установленный баланс сотворенных вещей;
Постоянный порядок вселенной
Содрогнулся бы, и брешь зияла бы в сотканной Судьбе.
Если бы не было людей, и все – блестящие боги,
То была бы потеряна тогда соединяющая ступень,
На которой пробуждается дух в витках Материи,
Принимая кружение вокруг срединного Пути,
Тяжелыми усилиями и неторопливыми шагами эпох
Достигая чудесного, яркого окаймления Бога,
В славе Сверхдуши.
Моя воля, мой зов есть в людях и существах;
Но Несознание лежит на серой изнанке мира,
И тянет в свою грудь Ночи, Смерти и Сна.
Заключенному в эту темную и безмолвную пучину,
Сознанию малому оно позволяет бежать,
Но ревнуя свет растущий, тянет обратно,
Ближе к смутным краям своей пещеры,
Словно любящая, невежественная мать, оберегающая свое дитя,
Привязала его к своему переднику бечевками Незнания.
Несознание без ума человеческого не может читать
Мистерию мира, который был создан этим сном:
Человек – это ключ, чтоб отпереть сознания дверь.
Но пока, еще держит его висящим в своем захвате:
Очерчивает этот гигантскую окружность вокруг его мыслей,
Закрывает его сердце от высшего Света.
Свыше пылает высокая и ослепительная граница,
Черный, ослепленный край властвует внизу:
Его ум заперт между двумя утверждениями.
Он сквозь слова и образы Истину ищет,
И размышляя на внешности и грубой поверхности,
Иль погружая осторожно стопы в мелкие моря,
И даже Знание его является Неведением.
Он отделен от собственных глубин внутри;
Он не может взглянуть на лик Неведомого.
Как он увидит глазами Всезнающего?
Как сможет желать Всемогущего силой?
О, так сострадательна, желанная Заря,
Оставь кружащим эпохам неторопливый шаг,
И работе несознательной Воли,
Оставь этому несовершенному свету земную расу:
Все будет сделано долгим действием Времени.
Хотя раса ограничена своим собственным родом,
Душа человека больше,чем его судьба:
Выше прибоя и волн Времени и Пространства,
Высвобождаясь из космической общности,
В которой вся жизнь является родством, в радости и в горе,
Освобожденной от вселенского Закона,
Подобный солнцу одинокий и трансцендентальный дух
Может высветить путь свой сквозь ограждающую стену ума,
И одиноко пылать в небе извечном,
Обитатель обширного, бесконечного покоя.
Шри Ауробиндо. Савитри.
