Твой
блаженный остров — мираж, я хочу, чтобы ты это понял. Тебе кажется, что на
воле, среди рощ, лугов и пестрых стад, на просторе, возвышающем душу
одиночеством, в горении безграничной любви ты устремишься вверх, будто дерево.
Знай, самые стройные деревья, которые я встречал, выросли вовсе не на вольном
просторе. Свободные не торопятся расти, они медлят, ощупывая пространство, и
вырастают причудливыми и узловатыми. Растущие в девственном лесу, окруженные
соперниками, крадущими у них свет, рвутся к солнцу вертикалью, похожей на крик
о помощи.
Остров
не усилит в тебе чувства освобожденности, не поощрит рвения, усердия и страсти.
Если
ты жаждешь уединиться в пустыне — я не имею в виду мечту об отдыхе, что баюкает
тебя в городской суете и спешке, — пустоту пустыни нужно оживить, чтобы
она питала душу и сердце, чтобы питала усердие и рвение, — твою пустыню
нужно пронизать силовыми линиями. Их может напрячь природа, может — царство.
В
твоей пустыне я размещу колодцы, но скупо, очень скупо, чтобы путь к каждому из
них стал ощутим. Чтобы на седьмой день ты начинал беречь в бурдюках воду. Чтобы
мечтал добраться до колодца. Чтобы добирался и ощущал себя победителем. Хотя,
может быть, дорогой терял одного или двух верблюдов
— слишком
долог путь по бесплодной пустыне...
Силовые
линии должны тяготеть над тобой, напрягать, направлять, толкать вверх и вперед,
всякий раз они будут явлены тебе как некие обстоятельства, отнюдь не всегда
благоприятные, но не оценивай! Их языка ты еще не постиг. А я, пытаясь
объяснить тебе суть этого языка, рассказал тебе о пустыне, о пути от колодца к
колодцу.
Так не
уповай на чудесный остров, похожий на запасенное впрок благо, блага в нем не
больше, чем в обильной жатве деревянных кеглей. Ты на нем превратишься в
сонного вола. Сейчас сокровища твоего острова кажутся тебе нетленными, но как
скоро ты перестанешь их замечать! И чтобы сделать их опять сокровищами, мне
придется придумать для тебя пустыню, натянуть силовые линии, сотворить картину,
драгоценную своей цельностью, но далекую от вещности.
Если я
захочу сберечь для тебя твой остров, я подарю тебе уклад жизни, в которой
остров будет главным сокровищем.
Экзюпери. Цитадель.
